Рассылка Утопии
Изучаем феномены насилия, абьюза и гендерных различий со всех сторон. Читайте первыми главные новости по теме и наши новые тексты.

«Это не кино, это реальность». Как прошел показ «Рассказа служанки» и паблик-ток в Еврейском музее

15 августа в Еврейском музее и центре толерантности прошел показ последней серии третьего сезона сериала-антиутопии «Рассказ служанки». Организаторами выступили онлайн-сервис Videomore и центр «Насилию.нет».

После просмотра состоялась публичная дискуссия, в которой приняли участие директор центра «Насилию.нет» Анна Ривина, юрист Алена Попова, автор телеграм-канала «Женская власть» Залина Маршенкулова, блогер Саша Митрошина, журналистка Настя Красильникова, главный редактор сайта Wonderzine Юлия Таратута и главный редактор Forbes Woman Юлия Варшавская.

Все билеты на показ раскупили за несколько дней, на показ пришли более 170 человек. Собранные деньги передали центру «Насилию. нет» на обучение новых психологов, которые будут работать с пострадавшими от домашнего насилия. Об этом рассказала директор центра Анна Ривина.

Это значит, что центр сможет продолжать оказывать психологическую помощь и снова принимать заявки.

Фото: Еврейский музей

О чем говорили на паблик-токе?

Все участницы отметили, что сериал «Рассказ служанки» только кажется утопией. В России пытаются регулировать репродуктивные функции женщин, практикуют обрезание клитора, похищают невест, создают пансионы благородных девиц. Публикуем часть дискуссии и ее видеозапись.

Анна Ривина, директор центра «Насилию. нет»: К сожалению, нет большой разницы между тем, как обстоят дела на экране и нашей жизнью. Как человек, который занимается проблемой насилия каждый день, я могу сказать — это не кино, это реальность.

Алена Попова, юрист, соавтор законопроекта о домашнем насилии: Это оправдание насилия, восприятие женщины, как сосуда для рождения ребенка и только, запрет абортов или стремление запретить аборты, обесценивание всего, что делают женщины. Это реальность, в которой мы живем в XXI веке. Я видела реакцию зала и понимаю, почему всех сюжет сериала так берет за душу, потому что мы не считаем, что это какая-то научная фантастика или научная попса. В сериале было про обрезание клитора, и у нас есть обрезание клитора <…> на территории Москвы клиники это делают, поэтому, когда в сериале рассказывают про обрезание клитора, мы тоже не можем сказать, что у нас этого нет.

Юлия Таратута, главный редактор Wonderzin: Мы всегда должны понимать, что любая утопия — это недосказанность. В жизни все еще хуже, этому вас научит любой политический ньюсмейкер. Если вам кажется, что кто-то совершил преступление и вы себе дорисовываете его, то нет — все было хуже, если кажется, что это какой-то размер коррупции, не укладывающийся в голове, то в жизни гораздо больше воровства. Мы недавно писали историю про кражу невест и мне казалось, что говорить на эту тему так серьезно в XXI веке нельзя и это какая-то сказка про белого быка. Но нет, это такая деромантизация «Кавказской пленницы».

Анастасия Красильникова, создательница каналов «Вашу мать» и «Дочь разбойника»: Мне как раз долгое время казалось, что рассказ служанки продукт художественного мышления и не имеет к нашей жизни прямого отношения. До тех пор пока пару недель назад мы не узнали, что в Петербурге открывается пансион благородных девиц под покровительством Сергея Шойгу, а в Москве такой уже есть. В этот момент я вспомнила, что я видела девочек из пансиона в этой форме и подумала: «Что это за Галаад [место действия «Рассказа служанки»] такой. Что это за пансион? И когда я попыталась изучить этот вопрос, я поняла, что это настоящий «Рассказ служанки». Закрытая территория, на которой живут бесправные воспитанницы с чудовищным режимом и безграничным списком запретов.

Александра Митрошина, блогер: Самое страшное в «Рассказе служанки» — это даже не то, что мы увидели сейчас на экранах, ни этот кошмар, ни этот строй. Почему так пугает этот сериал? Потому что в первых двух сезонах нам показали, как все начиналось. Показали, как сначала у девушек отобрали совсем небольшое право, потом показали, как на контрацепцию надо было получать согласие мужа, потом показали, как главная героиня Джун не вышла на митинг за женские права, потому что подумала «Меня это не касается», а потом нам показали, как это ее коснулось. Это показывает, как начинается насилие с крохотных лишений, на которые мы даже не обращаем внимания. Я считаю, что прямо сейчас нам нужно обратить внимание на то, что происходит, чтобы не оказаться в итоге в таком сериале.