Рассылка Утопии
Изучаем феномены насилия, абьюза и гендерных различий со всех сторон. Читайте первыми главные новости по теме и наши новые тексты.

Нет иноагентов, есть журналисты

Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено
средством массовой информации, выполняющим свои функции

Разговоры о границах. Как объяснять детям их права и говорить с ними о сексуальности

анна земляная насилию.нет
ПО МНЕНИЮ РОСКОМНАДЗОРА, «УТОПИЯ» ЯВЛЯЕТСЯ ПРОЕКТОМ ЦЕНТРА «НАСИЛИЮ.НЕТ», КОТОРЫЙ, ПО МНЕНИЮ МИНЮСТА, ВЫПОЛНЯЕТ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА
Почему это не так?

Кратко

Большинство россиян поддерживают идею сексуального образования в школах, об этом говорят результаты недавнего соцопроса. Но сейчас такой практики в российских школах нет. Поэтому вся ответственность рассказывать подростку о контрацепции, сексуальности, границах и правилах ложится на родителей, которые не всегда могут и знают, как вести подобные разговоры. Пока в школах не учат строить здоровые отношения, взрослые ищут другие варианты: литература, видео, фильмы и специальные занятия. Педагог и автор такого занятия Анна Земляная рассказала «Утопии», как подростки учатся коммуникациям, что их волнует и как они видят мир, а психолог Елена Голяковская объяснила, как родителям самим говорить с детьми на сложные темы и не потерять при этом их доверие.

Анна Земляная, педагог проекта «Здоровые отношения для подростков» 

В образовании есть два принципиальных подхода: формальный, с иерархической системой, когда ты — препод, у тебя есть студенты, ты даешь им информацию и получаешь обратную связь. Я же про неформальный подход: во главе не учитель, который приходит и рассказывает, как надо жить, а ведущий, ориентирующийся на запросы участников. Я задаю им вопросы, а ответы мы ищем вместе. К тому же подростки общаются друг с другом, слышат, что есть сценарии и модели поведения, отличные от их собственных. Благодаря этому расширяется их горизонт.

На занятиях мы обсуждаем с ребятами, какие отношения можно считать здоровыми, что в них нормально, а что нет, как распознать абьюз — и разбираем это на примерах. Занятия рассчитаны на старшеклассников, но возраст может быть и шире. Я выбрала подростков, потому что они только начинают свои первые отношения. Их представления только формируются, и зачастую это происходит под влиянием фильмов, сериалов, блогов и масс-медиа. 

Сперва мы записываем, что участники считают здоровыми отношениями, чего они хотят, например, они пишут: «В здоровых отношениях есть доверие и уважение». И, если потом они говорят, что контролировать и проверять сообщения другого в соцсетях – это норма, то я возвращаю их к началу и спрашиваю: «Но ведь вы же про доверие говорили. Это разве оно?» Противоречие заставляет задумываться, причем ты не объясняешь, что контроль — зло, а даешь возможность самим решить, что для них приемлемо, а что нет. 

Больше всего им нравится разбирать кейсы — примеряют ситуации на себя и размышляют, как бы они поступили. У нас есть игра «Как далеко ты готов зайти», я по шагам описываю развитие абьюзивных отношений, и ученики шагают по ступеням, они должны понять, в какой момент хотят выйти. Там все по порядку: первая ступень — знакомство, вторая — прогулки, потом – парню не нравится, как одеваешься его девушка, девушке не нравятся его друзья, потом они ругаются и так далее. Одни сразу выходят, а другие считают: «Ну ударил и ударил. Помиримся и дальше будем общаться». Мы разбираем несколько таких ситуаций, где-то описан конфликт, где-то манипуляции, и по каждому кейсу они пытаются сформировать свое мнение. 

Анна Земляная здоровые отношения
Занятие «Здоровые отношения для подростков». Фото из личного архива

Запросы подростков 

Частая потребность подростков — внимание со стороны родителей. Это хорошо видно в неформальной обстановке, когда есть взрослый, но не родитель – они изголодались по вниманию, ощущение, что дома их не слушают и не слышат. 

У последней аудитории был запрос на тему, как распознать абьюз. Я его слышу регулярно, ведь сложно понять изнутри, когда что-то не так, тем более в первых отношениях. Если подростки живут в семье, то у них хотя бы есть пример родителей перед глазами, а у тех, кто из социальных учреждений, нет и его. 

Я работаю с молодежью в разных сферах, и, мне кажется, взрослым важно помнить, что подростки — тоже люди. Когда-то им хочется внимания, а когда-то — чтобы их не трогали, не грузили, дали побыть с собой и ровесниками. Однажды мы с психологом были на занятии с ребятами из детдомов, и им было не до вопросов про отношения — тогда вышло очередное предложение изменений в законе, которое отменяло получение жилья, и ни о чем, кроме этого, они думать и разговаривать не могли. 

Порой важно просто рисунки свои показать, чтобы их кто-то послушал, посмотрел и сказал: «Как классно ты рисуешь. Продолжай этим заниматься, у тебя все получится». Подростки не какие-то другие люди, они такие же, как мы. Просто у них меньше опыта, и многие вещи им не понятны, сложнее даются. Им непонятно, что происходит с ними и в мире вокруг.

Запросов и проблем у них столько же, сколько и у других людей: сложно общаться с друзьями, не понимаешь: те, кто тебе пишут, только когда им что-то нужно, они друзья или нет? А кто радуется, когда ты им пишешь, но сам никогда не инициирует общение, как с ними быть? Те же проблемы одиночества, непонятости, невозможности соответствовать ожиданиям родителей. А запрос на налаживание контакта с родителями рано или поздно бывает у всех. 

Как родителям говорить с детьми на сложные темы

Важно слышать потребности своих детей. Иногда родители отказываются говорить с детьми на сложные темы, потому что сами не понимают, как ответить, или им стыдно, или какие-то темы — табу. Им страшно разговаривать, потому что и с ними никто не разговаривал, у них просто нет такого опыта. 

В разговорах с ребенком стоит быть искренним, даже если не знаешь, как ответить на его вопрос прямо сейчас — лучше сказать об этом. Нужно быть открытым и не увеличивать количество запретов, а не стыдить за интерес.

Если ограждать ребенка от информации, он возьмет ее из других источников, и не всегда она будет адекватной, потому что очень много информации, которую можно взять, например, из порно. Это не будет отражением того, как это происходит в реальной жизни: если детям не рассказать про доверие и согласие, не дать своё видение, то чему им остается соответствовать? Картинке из интернета.

анна земляная насилию.нет
Занятие «Здоровые отношения для подростков». Фото из личного архива

Часто у мальчиков представления о том, как должен выглядеть секс, взяты из порнографии, а у девочек – из романтических фильмов (что там должны быть лепестки роз, например, и шампанское). В жизни, обобщенно говоря, не бывает ни так, ни так, потому что это все кинематограф. 

Как ребёнок получает информацию? Он что-то видит, с чем-то сталкивается, задаёт вопросы – вы рассказываете, не задаёт вопросы – тоже рассказываете. Тема секса сакрализируется, потому что она везде табуирована: в школе не рассказывают, нет специально обученных людей, которые готовы рассказать, поэтому эта задача полностью ложится на родителей. Но она не отличается от других задач рассказать что-то о мире, кроме того, что из-за ее табуированности возникает психологический дискомфорт. На такие темы лучше говорить так же, как и обо всем остальном. 

Круто, если у ребенка есть взрослый, которому можно довериться. И хорошо бы, если бы это был родитель.

Елена Голяковская, психолог

Пока ребенок не пошел в школу и не начал формировать какие-то коммуникации сам, он не обладает собственной психикой: она у него одна с ухаживающим за ним родителем. До этого возраста взрослый для ребенка — божество, от которого зависит его жизнь, и все что он ни делает, все правильно, вне зависимости от того, доставляет это ребенку радость, горечь, боль или печаль.

Начинать формировать у ребенка здоровые границы нужно уже с вербального возраста, когда он только начинает говорить. Разграничивать свое и его пространство, что можно, а что нельзя. До подросткового возраста эти границы очень условны, их можно и нужно расширять, укреплять и обращать его внимание на них. 

Удобнее всего начинать разговоры о границах в двух-трехлетнем возрасте на примере игрушек в песочнице и делении на «мое» и «чужое». Так легче всего на примере объяснить ребенку, что как бы ты ни хотел, ты не можешь стукнуть другого ребенка по голове и забрать его игрушку. И точно так же в обратную сторону: если у твоего ребенка кто-то забрал его игрушку, не шуметь и возмущаться, а объяснять четкие границы.  Для построения здоровой коммуникация ребенку очень важно видеть другие семьи, чтобы не возникало ощущение, что во всех семьях все происходит одинаково. Разные правила становятся первым материалом для обсуждения: как вообще бывает, как дети общаются с родителями, как дети общаются с другими взрослыми, как взрослые общаются с детьми.

Так гораздо легче объяснить реальную жизнь. Ребенок будет видеть и понимать, как он хочет, чтобы было в его семье, и что это можно обсудить со взрослыми. На таких примерах уже с пятилетнего возраста можно обсуждать какие-то вопросы, которые ребенок начинает замечать, и, возможно, даже самим родителям обращать внимание ребенка, постепенно подготавливая его к тому, что в школе он столкнется со взрослыми, которым, возможно, придется давать отпор и с которыми придется выстраивать довольно жесткие границы. 

психолог насилию.нет
Елена Голяковская с сыном. Фото: Instagram

О границах и телесном контакте

Есть очень хорошая книга Людмилы Петрановской «Что делать, если» об отношениях родителей с детьми. Там описываются самые разные случаи, начиная с чрезвычайных ситуаций, которые разбирали на уроках ОБЖ, заканчивая острыми и важными проблемами, например, сексуализированным насилием. Во всех этих историях самое важное — доверительная коммуникация с ребенком. 

Если вы ничего не рассказываете ребенку о том, что такое насилие и как оно происходит, но он может прийти к вам и рассказать обо всем, то по большому счету этого достаточно. Хотя говорить конкретнее было бы, конечно, полезнее.

Сексуальное воспитание вообще начинается с выстраивания границ «мое-чужое». Это про то, что если ребенок, например, не хочет обнимать и целовать неприятных ему родственников, то не надо заставлять. Не говорите: «Как тебе не стыдно, иди обними бабушку и дедушку», а объясните родственникам, что ему некомфортно и заставлять его никто не будет. Так у ребенка будет четкое понимание, что если он не хочет, чтобы к нему прикасались, у него есть право отойти. 

Если родители дают ему такое право, то и отказаться от общения, неприятных прикосновений чужого человека будет намного проще. Однако подавляющее большинство сексуализированных преступлений против детей совершают близкие люди, которые очень хорошо знают ребенка и имеют доступ в дом. Обычно это именно те взрослые, которых дети избегают, но некоторым родителям кажется, что проявление уважения к родственникам или друзьям семьи важнее комфорта ребенка, что можно и потерпеть.

Если ребенок подвергся насилию, но не рассказывает, это можно понять по двум диаметрально противоположным признакам: либо ребенок становится очень закрытым, замкнутым, начинает носить закрытую одежду, либо начинает проявлять нарочитую сексуальность. Например, задирать юбку, спускать трусы у всех на виду или флиртовать со всеми подряд. В таком случае нужно не бояться спрашивать напрямую, случилось ли что-то, и не бояться услышать самые страшные ответы. Быть готовым поверить своему ребенку и принимать его сторону, как бы страшно ни было. 

К сожалению, даже в самых благополучных семьях у детей могут возникать мысли о том, что родители не справятся с рассказом о насилии по разным причинам.

Идеальным родителем быть невозможно, поэтому в психоанализе возникло понятие «достаточно хорошего отца/матери». Ребенку всегда будет мало, и когда он понимает, что родители не могут дать больше, он думает, что их надо поберечь. 

Есть и другие причины: ребенок может быть уверен, что ему не поверят или что его накажут. Тут важно прямым текстом проговаривать, что, что бы ни произошло, вы будете на стороне своего ребенка.

Важно выстраивать с самого рождения ребенка адекватную систему наказаний: что является достаточным проступком для наказаний, а что нет. Чтобы наказание не пугало, а было нежелательным, но посильным для ребенка, в случае, когда насильник манипулирует страхом наказания. И, конечно же, это о доверии родителей к желанию ребенка или подростка быть самостоятельным. 

психолог елена голяковская
Елена Голяковская с детьми. Фото: Instagram

Как защитить ребенка 

В Германии самые первые уроки полового воспитания проходят в садике. Там ребенку объясняют, кто на какое расстояние может к нему подходить: его ставят на большой лист бумаги и рисуют вокруг круги. Первый круг — самый близкий, стоя на его границе, можно обнять ребенка. Второй — расстояние в один шаг, третий — два детских шага. В первый круг можно только самым близким, во второй — менее близким, в третий — посторонним, с которыми приходится контактировать. 

Важный пункт в защите ребенка от сексуализированных преступлений — когда ребенок знает «правило трусиков» и «правило помощи взрослого». «Правило трусиков» — до нижнего белья не может дотрагиваться никто, кроме тебя самого и значимого взрослого, который за тобой ухаживает. Больше никто, без разрешения и без присутствия твоего значимого взрослого, и, если что-то не так, ты имеешь право попросить защиты. Второе правило, которое нужно заучивать с ребенком: взрослый никогда не попросит помощи у ребенка, он попросит ее у других взрослых. Если взрослый просит помощи у ребенка, нужно развернуться и бежать со всех ног. 

Если вы боитесь, что ребенка будут обижать сверстники, нужно обязательно познакомиться со всеми его друзьями, приглашать их в гости. Посмотреть, как они общаются друг с другом, как они относятся к ребенку, какое положение ребенок занимает в этой «стае». Если родителю не нравится окружение, важно понимать реальную угрозу жизни и здоровью ребенка. Вмешиваться в такие отношения стоит только в том случае, если ребенку угрожает опасность, а не если родителю просто не нравятся друзья ребенка, потому что они громкие, наглые или плохо учатся.