Рассылка Утопии
Изучаем феномены насилия, абьюза и гендерных различий со всех сторон. Читайте первыми главные новости по теме и наши новые тексты.

«Мы идем умирать за семью». Как обсуждали законопроект против домашнего насилия в Храме Христа Спасителя

В Храме Христа Спасителя в Москве прошло общественное обсуждение законопроекта «О профилактике семейно-бытового насилия», на котором собрались сторонники традиционных ценностей и духовно-патриотического воспитания. Корреспондентка «Насилию.нет» побывала на круглом столе, чтобы узнать, что православная общественность думает о проблеме домашнего насилия.

Всемирный Русский Народный Собор — форум, возглавляемый патриархом Кириллом. «Это общественная площадка, место встречи людей, которые заботятся о будущем России», – говорится на сайте ВРНС. На прежних собраниях участники собора выступали за повышение рождаемости и запрет абортов. Так, в октябре патриарх сказал, что «семья с тремя и более детьми должна стать в России социальной нормой».

 Заседание, посвященное теме домашнего насилия, прошло в Белом зале с изображениями православных святых на стенах. В нем собрались порядка четырехсот человек. Зал заполнился полностью, найти сидячее место практически невозможно. 

Среди пришедших были участники православного движения «Сорок сороков», которое раньше боролось за строительство храмов в Москве, а теперь активно выступает против законопроекта. Они были одеты в униформу — кроваво-красные футболки с надписью «Сорок сороков» на спине и с изображением куполов на груди. 

Также в зале находились активисты Национально-освободительного движения (НОД), известное тем, что его участники нападали на российских оппозиционеров и поддерживали самопровозглашенные республики на Востоке Украины. Они раздавали свои газеты, напечатанные на дешевой бумаге. «Победили в 45-ом – победим и сейчас», гласит надпись на первой странице, оформленной в цветах георгиевской ленты. 

Помимо них, в храме стояли женщины со значками патриотической акции «Бессмертный полк» и женщины с покрытой головой. 

На столах лежали плакаты с надписями: «Закон о семейно-бытовом насилии — способ разрушить семью!», «Не будет семьи — не будет государства!» и «Руки прочь от семьи!». Рядом с ними стояли пластиковые бутылки с водой «Святой источник».

 До начала выступлений в помещение зашли мужчины в казацкой форме с двухметровым деревянным крестом в руках. Его установили в углу зала, а затем все присутствующие помолились, глядя на распятие. Мероприятие началось. 

 

Во главе стола сидели трое: известный эмоциональными проповедями протоиерей Димитрий Смирнов, который считает, что борьба с домашним насилием нужна, чтобы изымать детей из семей и отдавать их на воспитание «гомосексуалистам», профессор кафедры философии религии и религиоведения философского факультета МГУ Александр Щипков и Константин Малофеев — председатель совета директоров группы компаний «Царьград» (одноименное издание регулярно критикует законопроект).

Документ предлагает ввести полицейские и судебные защитные предписания, запрещающие агрессору приближаться к пострадавшей, контактировать с ней и так далее. Кроме того, он предлагает ввести психологические программы для тех, кто проявляет насилие в семье, а также открыть кризисные центры, куда пострадавшие могут обратиться за психологической помощью и ночлегом. Главные цели авторов документа — профилактика насилия, безопасность тех, кто уже с ним столкнулся, и предотвращение повторных случаев.

Первым начал Щипков. Он рассказал, что Россия c 1997 года стоит на пути возвращения к ценностному консерватизму, что патриарх Кирилл ввел термин «традиционные ценности» («Насилию.нет» не удалось найти подтверждения этим словам), а затем посоветовал присутствующим вчитаться в его тексты.

«Мы идем умирать за семью. Это наш архетип — Родины-матери. А для нас, православных, ключевой образ — это образ Богоматери», — говорил он.

По мнению Щипкова, приняв закон, Россия откажется от института семьи, это, в свою очередь, приведет к отказу от ценностей, а в конечном итоге — к гибели общества. 

 Затем слово взял одетый в черную рясу Димитрий Смирнов. Он сказал, что в Испании из-за принятия подобного закона тут же стала закрытой информация о самоубийствах мужчин («Насилию.нет» нашел статистику о самоубийствах в Испании до 2016 года; закон о защите от гендерного насилия там приняли в 2004-м). Затем протоиерей заявил, что закон против домашнего насилия противоречит Конституции РФ: «В ней есть недостатки, но не до такой же степени».

По мнению отца Димитрия, к «их борьбе» должны присоединиться мусульмане и иудеи: «Если мы сумеем их вдохновить, победа будет за нами». 

 Продолжая, он сказал, что в народе законопроект прозвали «законом о ликвидации семьи». Священник считает, что НКО обязательно будут доносить на семьи, а между родными людьми возрастут недоверие и страхи. «Это закон не о насилии. Они хотят положить в наше общество закон о нелюбви, о технологии вражды», — заявил он.

Смирнов уверен, что  принятие закона приведет к тому, что через 60 лет у людей не будет пола, религии и связей с национальностью. После этого он пожаловался на то, что сторонники закона хотят запретить цирки. «Они пытаются доказать, что любая дрессура — это насилие. А потом они скажут, что воспитание детей — это дрессура!». 

В зале раздались аплодисменты. 

Фото: Анна Ромащенко

Слово передали многодетному отцу и председателю комиссии Общественной палаты по культуре Павлу Пожигайло, который ранее выступал против изучения английского языка в школах и предлагал учредить должность помощника президента по вопросам семьи и демографии. Он начал речь с благодарности всем присутствующим: «У меня душа поет! А то я прихожу на телепередачи (Пожигайло посещал эфиры Первого канала, Радио Свобода“*, Царьграда, НТВ — Насилию.нет) — там лишь недружественная атмосфера. А нас тут так много — и мы вместе». Пожигайло поразмышлял об уважении к старикам и кризисе рождаемости в стране.

Микрофон передали актеру и священнику в отставке Ивану Охлобыстину, хотя он не участник круглого стола, а сидит в зале вместе со всеми. Он начал с того, что конституционный запрет на идеологию мешает россиянам отстаивать свои ценности. 

«Это бред сумасшедшего, навязанный и — я уж не знаю кем — придуманный. Чего они боятся — что коммунисты залезут назад, что Ленин оживет или еще чего-то — не знаю. Но это не дает нам сформировать установку, общую для всех народов, составляющих наше полотно, и отталкиваясь от этого, производить суждения», — сказал он.

Его сменил Андрей Кормухин — сооснователь движения «Сорок сороков». Он утверждал, что к обсуждению закона их не допускали многие месяцы (кто не допускал и при каких обстоятельствах это происходило, он не уточнил — «Насилию.нет»).

«Нас застали врасплох. Оксана Пушкина в интервью сказала: Этот закон из области борьбы с ментальностью. Он объявляет войну ценностям. Они это не скрывали — они это заявляли (вероятно, он неверно понял слова Пушкиной: в интервью каналу RT депутат Госдумы назвала войной с ментальностью запредельный уровень обсуждения вокруг закона — Насилию.нет). Поэтому мы понимаем, почему члены Совета Федерации между двух огней. Этот закон в народе называется: так себе пирожок (вероятно, имелся в виду беспонтовый пирожок из одноименной песни Гражданской обороныНасилию.нет). Можно мы похороним этот закон?!». 

В зале раздаются бурные овации, не утихающие несколько минут.

Кормухин продолжает: «В нашей Конституции нет понятия семья. А семья —  это союз мужчины и женщины для деторождения. Нам пытаются подсунуть взамен войну с ментальностью. 

У меня девять детей. Мы с супругой 25 лет вместе. У нас в жизни было всякое. И я воспитывал сыновей, как мужчина — мужчин. Психологическое насилие — это воспитание». Зал снова взрывается аплодисментами.

Текст законопроекта писали адвокаты Мари Давтян и Алексей Паршин. В процессе согласования с разными министерствами, ведомствами и общественными организациями документ оброс разными поправками. Две недели назад Совет Федерации разместил на своем сайте итоговую версию законопроекта. Давтян, Паршин и другие участники разработки раскритиковали эту версию, уточнив, что она не согласовывалась с рабочей группой. Позже на сайте «Ты не одна» опубликовали предыдущий, эффективный вариант проекта. Сейчас документ на стадии сбора поправок. После этого решится вопрос о внесении законопроекта в Госдуму.

Настала очередь министра печати Чеченской Республики Джамбулата Умарова. Несмотря на то, что летом он выступил против похищений девушек для принудительного замужества, что встречается на Северном Кавказе, свое выступление он начал с заявления, что, одобряя закон, мы впускаем в сердце дьявола.

«Я приехал, чтобы высказать свою боль. Мы наблюдаем за вами, дорогие наши русские православные братья. Что вы творите с собой? Куда вы дели то громадное наследие, то духовное богатство? Где, по каким дорогам и тропам вы растеряли его? В то время, когда мы, благодаря этому богатству, его свету, его надежности, шли и идем за вами под знаменем огромной многонациональной державы?», — спросил он.

Умаров продолжил, жестикулируя: «Мы ведь любили и любим вас за то, что вы любите Бога! А раз вы любите Бога, значит, вы любите семью, детей своих. Как можно без вселенского возмущения воспринимать что-либо, что идет оттуда (с Запада — Насилию.нет)? Ведь все, что шло оттуда, всегда воспринималось нами в штыки! Помните еще униатские законы, которые в XIV-XVI веках сюда пускали католики? Мы вас любили за то, что вы боролись за своего Бога, за то, что проливали океаны крови, чтобы ваши кресты сияли над всей Россией», — сказал министр печати Чечни.

Напоследок он добавил, что «исламский мир в борьбе с либеральным Сатаной единственным братом видит православие» и крикнул: «Слава России! Слава чеченской республике!». Его тоже провожают бурными аплодисментами. 

Единственным человеком, поддержавшим закон о профилактике домашнего насилия, неожиданно стала сенатор Елена Мизулина, которая несколько лет назада инициировала закон о декриминализации побоев в семье:

 «Если страна находится под экономическими санкциями, а для Запада важно, чтобы Россия приняла закон о профилактике семейно-бытового насилия, то закон необходимо принять. При этом законопроект можно попытаться переработать. То есть свести профилактику к сфере бытового, но не семейного насилия». 

Пояснить, что она имела в виду, сенатор не успела. На ее слова слушатели отреагировали бурно: люди освистали Мизулину, по залу пролетели крики «Не нужен нам такой закон!» и топот. Пока зрители выражали негодование, она молчала, опустив глаза в пол. За нее вступился Малофеев: «Пожалуйста, дайте договорить».

Зал стих, и Мизулина продолжила. По ее словам, ни для кого не секрет, что насилие есть: «Можно проводить профилактику бытового насилия? Да. Но не семьи».

Сенатор предложила вводить закон поэтапно для разных субъектов федерации, «чтобы не получить социальные риски на всю страну». Но и это вызвало гнев у присутствующих: люди хлопали и кричали, чтобы прервать речь.

Глава «Царьграда» призвал собравшихся вести себя спокойнее, напомнив, что они все-таки находятся в храме.

Фото: Анна Ромащенко

Следующим выступил отец Андрей Ткачев — клирик храма святителя Василия Великого, который ранее назвал «дурдомом» ситуацию, в которой за закон борются женщины без детей и мужей. Он привел популярный среди противников закона аргумент о насилии против мужчин (согласно исследованию СПбГУ, больше всех от домашнего насилия страдают именно женщины, чаще — в супружеских парах):

«Есть целые интернаты избитых мужчин в Италии (скорее всего, речь идет об интернатах для разведенных мужчин, которые действительно существуют в Италии, так как чаще всего квартира, которую делили супруги, достается жене — Насилию.нет) <…> Лишив женщину физических сил, Господь изрядно наделил ее душевной хитростью. Она может замучить мужика без всякого физического насилия». 

К концу выступления он предложил внести в Конституцию РФ «хоть малое упоминание Господа Бога», подчеркнув, что оно есть «даже в украинской Конституции». В зале раздаются овации. 

 Подавляющее большинство выступающих выступило против закона, на принятии которого настаивает Совет Европы, ЕСПЧ и ООН, и предпочло сосредоточиться на ликвидации условий, порождающих бедность, безработицу, алкогольную и наркотическую зависимость, из-за которых, по мнению спикеров, и возникает домашнее насилие. С какими конкретно условиями нужно бороться, никто не уточнил.

Прошел час обсуждения, и зал заметно опустел — его покинула треть людей. 

Выступления следующих спикеров — депутата Госдумы Олега Нилова, главы Совета по защите семьи и традиционных семейных ценностей при омбудсмене по правам ребёнка Ольги Литковой и сопредседателя Союза православных женщин Нины Жуковой — сводились к тому, что православная общественность должна мыслить шире  и сама формулировать повестку, поэтому нужна программа по поддержке семьи. 

Жукова подметила, что сегодня — годовщина начала контрнаступления советских войск против немецко-фашистских войск в битве под Москвой. Для православной женщины это знак: она считает, что поэтому православная общественность сможет победить закон.

На этом обсуждение закончилось.

***

По данным Human Rights Watch, большинство убийств женщин в мире совершили их партнеры или родственники. Так, за прошлый год от рук близких умерли около 87 тысяч женщин. В России в 2018-м зафиксировали зафиксировали 21390 преступлений против близких женщин, и это только те случаи, когда пострадавшая обратилась в полицию, и у нее приняли заявление. По данным ВЦИОМ, 49% опрошенных россиянок видят угрозу стать жертвой насилия в семье.

 Ранее уполномоченная по правам человека Татьяна Москалькова согласилась с тем, что «действующее законодательство не в полной мере способно защитить женщину от семейного насилия». Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко осудила полицейских, не принимающих заявления пострадавших, и призвала их реагировать на все обращения. Замминистра труда и социальной защиты Алексей Вовченко тоже поддерживает законопроект о профилактике семейно-бытового насилия. Той же точки зрения придерживается и Генпрокуратура, признавшая, что «сфера не урегулирована».

Месяц назад в эфире своей передачи даже лояльный власти телеведущий Дмитрий Киселев поддержал идею закона о профилактике домашнего насилия:

«Неужели в нашей культуре XXI века мы не справимся без рукоприкладства? Неужели мы столь духовно беспомощны, что оправдываем рукоприкладство в отношении тех, кто заведомо слабее? Неужели кухонный бокс — это в нашей традиции, которую мы называем ценностью?».

Анна Ромащенко

*По мнению Минюста, выполняет функции иностранного агента