Рассылка Утопии
Изучаем феномены насилия, абьюза и гендерных различий со всех сторон. Читайте первыми главные новости по теме и наши новые тексты.

Платье короче — чаевых больше. Где грань между дресс-кодом и объективацией?

дресс-код лкизм сексуализация сексуальная барменша
ПО МНЕНИЮ РОСКОМНАДЗОРА, «УТОПИЯ» ЯВЛЯЕТСЯ ПРОЕКТОМ ЦЕНТРА «НАСИЛИЮ.НЕТ», КОТОРЫЙ, ПО МНЕНИЮ МИНЮСТА, ВЫПОЛНЯЕТ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА
Почему это не так?

Кратко

Работодатели нередко требуют от сотрудниц «безупречного» внешнего вида: девушкам приходится часами стоять на высоких каблуках, носить откровенную одежду, делать яркий макияж. И речь не о моделях, а об официантках, стюардессах, бариста, консультантках. Требования к их внешнему виду часто выходят за рамки обычной униформы. «Утопия» разбирается, как стандарты красоты влияют на работниц сферы обслуживания и что с этим делать.

«Чтобы фигуру было видно»

Мария сначала работала хостес в заведении среднего ценового сегмента, потом — в новом ресторане премиум-класса в центре Москвы. В каждом из них она провела по полгода. Когда она устраивалась в ресторан, то была готова к определенным требованиям к своей внешности. Уже на собеседовании она поняла, что в первую очередь смотрят на внешние данные и манеру говорить, пытаются разглядеть фигуру под одеждой.

Требования к внешнему виду были похожи: каблуки, платья, макияж и прическа. «Нам всегда нужно было быть на каблуках. Это самая сложная часть работы, потому что у хостес смены два через два по 12 часов. К концу второго дня ноги гудели, когда приходила домой, просто лежала несколько часов», — вспоминает Мария. 

Внешний вид сотрудниц оценивала начальница, ей не всегда нравилось, как одеты девушки: «Она могла в очень грубой форме сказать, например, что мои туфли не подходят, коллег иногда она отправляла домой переодеваться, если ей не нравились их платья».

У таких правил на работе, по мнению Марии, были свои плюсы и минусы. С одной стороны, «эффектная внешность» хостес давала ей бонусы: «Я знала, что если я надену открытое платье, то мне оставят больше чаевых». В то же время Мария и ее коллеги сталкивались с неуважительным отношением и нежелательным вниманием от клиентов. «Когда работаешь в люксовых ресторанах, куда ходят богатые гости и звезды шоу-бизнеса, они воспринимают хостес как девочек из глуши, относятся как к мебели и товару», — рассказывает Мария.

хостес сексизм лукизм объективация
Кастинг хостес-моделей, фото: IStock

Н. работала в магазине косметики в Санкт-Петербурге. По ее словам, этот бренд публично выступает за бодипозитив и естественность и выпускает ролики, поддерживающие женщин, но от сотрудников в магазине все равно требовали носить тяжелый яркий макияж. 

«Каждое утро начиналось с того, что руководительница отдела “впивалась” в наши лица и повышала голос за недостаточно прокрашенные нижние ресницы или за несовершенства кожи, проглядывающие через тональный крем», — рассказывает она.

Девушка объясняет, что в жизни красится довольно просто и такие требования были для нее непривычными и некомфортными. Работая по 12 часов в день с обеденным перерывом в 30 минут, сотрудницы должны были выглядеть свежими феями. «Честно говоря, так я себя ощущала в последнюю очередь», — говорит Н. 

Однажды начальница заставила ее накраситься поярче. Н. вспоминает, что у нее было чужое лицо, когда она разглядывала себя, ей хотелось плакать, но она не могла — поплыл бы макияж. 

«Намеки на женскую сексапильность — обычная практика»

Дискриминация и ущемление прав из-за внешности называется лукизм. С ним сталкиваются множество работниц по всему миру. По данным исследования компании Univia, более 25% работниц подверглись дискриминации по внешнему признаку. При этом, 73% сотрудниц считают, что приятная внешность — это показатель компетентности.

В 2017 опубликовали результаты американского исследования Государственного университета Юты. Оно показало прямую связь внешней привлекательности с уровнем заработка и возможностями карьерного роста. По данным исследования, людям, которые соответствуют стандартам красоты, не только легче устроиться на работу — они также реже сталкиваются с риском увольнения. 

То же самое и в нашей стране. В 2009 году сервис SuperJob провел исследование, по результатам которого 77% россиян убеждены, что привлекательная внешность — серьезный плюс в трудоустройстве. А опрос, проведенный сервисом в 2019 году, показал, что с дискриминацией из-за полноты при приеме на работу сталкивались 32% россиян. 

Так, в 2017 году две сотрудницы «Аэрофлота» доказали, что компания удерживала часть их зарплаты из-за того, что у них был нестандартый размер одежды. По словам одной из них, в 2017 году у компании изменилась политика и, согласно новым требованиям, на международных рейсах разрешили работать только стюардессам младше 40 лет и с размером одежды меньше 46-го. 

В мае 2020 года крупнейшая авиакомпания в Японии Japan Airlines разрешила стюардессам не носить обувь на высоком каблуке и дала девушкам возможность выбирать между юбкой и брюками. Решение стало результатом долгой борьбы японок за право носить на работе удобную форму. 

Кампания называлась #KuToo, с отсылкой к кампании #MeToo против сексуализированного насилия. #KuToo — игра слов, соединяющая два японских слова «туфли» (kutsu) и «боль» (kutsuu). Движение запустила 32-летняя японская актриса и модель Юми Исикава. В январе 2019 года она написала в твиттере, что японским работодателям нужно запретить заставлять женщин носить высокие каблуки на работу как часть обязательного дресс-кода. Неожиданно для нее твит набрал популярность, и пользователи из разных сфер деятельности начали делиться своими историями и фотографиями синяков и волдырей от такой обуви. 

Работницы заведений общепита также сталкиваются с дискриминацией: форма сотрудников регламентируется начальством и иногда выходит за рамки стандартных правил. Например, сеть американских ресторанов Hooters обязывает своих сотрудниц носить обтягивающие футболки с большим вырезом и короткие оранжевые шорты с колготками телесного цвета. Более того, само название заведения в американском английском имеет двоякий смысл: «нечто, издающее уханье», а также вульгарное название женской груди. 

дресс-код лукизм сексизм объективация униформа
Официантка в спортивном баре Hooters, фото: flickr

В 2005 году СМИ опубликовали фрагмент из руководства для сотрудниц Hooters, в котором говорилось, что «рабочая среда шутлива, намеки на женскую сексапильность — обычная практика». С тех пор сеть ресторанов несколько раз оказывалась в центре скандалов, связанных с дискриминацией сотрудниц по внешнему виду. Сейчас сеть Hooters насчитывает более 400 заведений по миру, в которых работают 25 тысяч человек. 

«Мы честно говорим, что это наша форма»

В декабре 2020 года в Инстаграме появился пост посетительницы кофейни «Кофе на кухне» в Санкт-Петербурге с критикой, что «девушкам на смене нельзя ходить в штанах или в джинсах»

«В какой год мы вернулись? В 1800? В 1800 году женщинам Парижа без разрешения полиции нельзя было одеваться по мужской моде», — написала пользовательница.

Николай Готко, сооснователь группы заведений, к которой принадлежит «Кофе на кухне», объясняет, что «пока эта история не появилась, у нас даже мысли не возникало, что на это можно расценивать как сексизм».

Первую кофейню Николай с женой и друзьями открыли девять лет назад. Сначала основатели работали в кофейне впятером, наемных сотрудников у них не было. «Мы понимали, каким будет внешний вид кофейни, атмосфера. И естественно, возник вопрос — а как будем выглядеть в ней мы?» — говорит Николай. Основатели согласились, что им всем нравятся платья, просто как форма одежды или костюм: «Это красиво и соответствует атмосфере наших заведений»

«Когда люди приходят устраиваться на работу, мы честно говорим, что платья — это наша форма. Причем платье бариста выбирает сама, по своей фигуре, какое ей больше нравится. Мы не подбираем бариста по определенному типу, нам важно, чтобы у нас в кофейне работали разные люди, нам важна индивидуальность», — объясняет Николай. 

В критике в адрес кофейни он делает акцент на слове «запрещено» и поясняет: «Проблема в том, что у нас не запрещено, мы — договорились». В обсуждении формы в «Кофе на кухне», которое началось в конце прошлого года, по словам Николая, больше всего его удивила злость некоторых комментаторов. «Мы работаем девять лет. За всю нашу историю большинство руководящих должностей занимали девушки», — говорит Николай и добавляет: «и тут нам прилетает, что вы, мол, сексисты, потому что у вас девушки ходят в платьях»

Где грань между дресс-кодом и дискриминацией?

Партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Екатерина Тягай объяснила «Утопии», что в целом работодатель вправе предъявлять требования к внешнему виду работников: «Требование о соблюдении дресс-кода может быть установлено в отдельном локальном нормативном акте (ЛНА) о дресс-коде (ч. 1 ст. 8, ч. 1 ст. 22 ТК РФ)». Однако, условия дресс-кода не должны касаться ограничений, имеющих отношение к физическим данным работников, – это может привести к дискриминации. 

По словам Тягай, требования к внешнему виду сотрудников работодатель может предъявлять, только если они установлены с соблюдением правил о недискриминации. Когда речь идет о внешности — телосложении, цвете волос, макияже, — объяснить такие требования может быть затруднительно, поскольку понятие привлекательности «не имеет четкого содержания, а с этической точки зрения может быть тесно связано с дискриминацией по самым различным признакам».

Эксперт объясняет, что отказать в приеме на работу могут, только если деловые качества потенциального сотрудника не соответствуют требованиям. «Если определенные физические параметры необходимы для выполнения трудовой функции в силу специфики работы, работодатель может предъявлять требования к таким параметрам. К ним, на наш взгляд, нельзя отнести цвет волос и отсутствие татуировок», — говорит Тягай.

В случае, если работодатель все же отказывает сотруднику на основании его физических данных, он обязан обосновать законность отказа. Например, он должен сослаться на нормативы, стандарты безопасности или утвержденные профессиональные стандарты для лиц указанной сферы деятельности.

Сотрудники, которые сталкиваются с дискриминацией по внешнему признаку, могут оспорить решение о неприеме на работу в суде. Тягай уточняет, что в этом случае потерпевший может требовать не только восстановления нарушенных прав, но и материальную компенсацию морального вреда. В случае неправомерных требований к внешнему виду от работодателя сотрудник также может обратиться в государственную инспекцию труда.